fbpx

Our Promotion

×
Our "Butterfly Ball 2020" is officially ended. Praising time! (02 Feb 2020)

February 2 to March 1 is the time to praise! How to do it?

× Teachers Training Experience

Тем, кто ещё боится постучаться в эту дверь...

More
05 Nov 2019 23:19 #35075 by Губочкина Елена
11. МОЁ «ПОЗОРНОЕ» ДЕРЕВЕНСКОЕ ДЕТСТВО.
Небольшое отступление, ностальгирую немного. Хотя всё об этом же, о выборе профессии, о раннем самоопределении
Никогда в детстве не слышала никаких разговоров от взрослых и от родителей о разнице людей города и деревни, провинциальных и больших городов. О том, что люди одной национальности лучше или хуже другой, о ненависти и нетерпимости одних людей к другим, о превосходстве одних над другими. О том, что у людей бывают подобные комплексы и предрассудки узнала уже гораздо позже, лет в 17-18, когда приехала учиться в город от, собственно говоря, самих горожан.

Без сомнения, есть свои плюсы и минусы для воспитания детей и становления подростков и там, и здесь. Но сейчас, взвешивая все «за» и «против» с точки зрения взрослого человека и матери, считаю, что возможностей для самореализации, самоопределения и самовыражения у меня в деревне было гораздо больше, чем у моих детей в городе.

На самом деле, я очень горжусь своим деревенским детством, естественностью среды, в которой выросла и качеством полученного образования.

ПРОФЕССИЯ… - ЭТО ДАНО СВЫШЕ? НЕЕТ!!!!

Не нужно думать, что «педагог» или ещё либо какая-либо другая профессия – это предначертание, предназначение. Это не озарение в 9 лет, которое «вдруг откуда ни возьмись» «торкнуло» мне в голову после концерта музыкальной школы, после 1-го урока фортепиано. Нет, дело было совсем не так. Просто поиски начались гораздо раньше. Находит тот, и «торкает» того, кто ищет!

КОНЕЦ 1-ГО КЛАССА, ПОИСКИ СЕБЯ
Дело было так: придя однажды из школы я обнаружила в комнате старшего брата новый костюм, новые вещи, обувь, купленные ему на выпускной (он заканчивал 9-ый класс) и на следующий год учёбы в 10 классе в п.Нема. Дома был один папа.
Как гром среди ясного неба меня в 6,5 лет вдруг осенила мысль: «Как так? Кому то всё, а кому-то ничего! Кого-то одевают как жениха, а мне? А меня? Это потому что я – маленькая? И что?
Когда я начала высказывать это папе… - он взорвался от смеха, держался за живот и каким-то то квакающим, то кукарекающим смехом смотрел на мои слёзы в глазах и смеялся ещё больше, никак не мог остановиться, только что не катался по полу от хохота!
Я, значит, им и «макунька», и «Ленчик-Птенчик» и… я что, домашний любимый питомец какой-то? Приходя домой уставший с работы, папа всегда укладывался со мной спать, нюхал меня и говорил, что я пахну молочком, а потом засыпал тут же, быстрее меня и громко храпел. Мама, в постоянных бегах между кухней, огородом, работой, баней, верандой, холодильником, плитой, стиральной машиной останавливалась иногда, «повисала» на мне, утыкалась закрытым глазом в мой (прохладный?) нос и говорила «сейчас, постою немножечко, Алёнушка, голова пройдёт чуть-чуть и дальше побегу». Сестра никогда меня не обижала и всегда первая шла на примирение: «Ленчик, давай обнимемся как две сестрички крепко-крепко!», а брат… кричал мне из соседней комнаты «Птенеееец, иди сюда! Смотри, я что-то тебе покажу! Ты знала, что я – волшебник? И с важным загадочным видом показывал мне фосфорный фонарик-парашютик под одеялом, произнося магические заклинания. А потом играл в бой подушками, щекотал меня и мял как котёнка. Даже бабушка, когда никого не было дома, залазила ко мне в маленькую кроватку спать, пока никто не видит, ведь внучка же ооочень просила спеть песенку, чтобы заснуть в тихий час. Я какой-то антистресс для всех, на которого тратиться не надо, который вырастет как-то сам по себе, доносит чьи-то вещи и доиграет в чьи-то старые игрушки! И что, что самая маленькая, сейчас со мной и считаться не нужно?

Я истерила, плакала навзрыд, вздрагивая от каждого всхлипа плечами и обрывочными фразами предъявляла свои претензии на семейные материальные блага, зло смотрела на улыбающегося отца. Обводя придирчивым взглядом свои игрушки, вещи…ничегоооо!!! Ничегошеньки (мне казалось) не могла найти своего и купленного для меня, всё, что было – либо осталось от сестры, либо кем-то отдано или подарено.
Папа всё смеялся, потом обнимал, вытирал слёзки с красных глазок и успокаивал, что как только наши старшие выучатся, получат профессию, будут работать и сами себя обеспечивать – всё будет для «нашей макуньки». Я подрасту и будут учить меня и одевать меня, а старшие будут, может, ещё и нам помогать)))) (Буквально через год ситуация в корне изменилась. Лихие 90-е… Представить себе подобную ситуацию было просто невозможно как минимум ещё 10 лет вплоть до 2000-х тысячных).
Мда… я успокоилась, но решила не ждать, а действовать. Нужно срочно искать работу!
А что? Почему бы и нет? Я ведь уже заканчиваю первый класс, у меня кругом пятёрки! Такого специалиста с руками и ногами везде возьмут! Буду учиться зарабатывать деньги сама, помогу папе с мамой купить мне одежду и игрушки пораньше, чем брат с сестрой закончат учёбу и «будут себя обеспечивать».

КОНТОРА КОЛХОЗА «РОДИНА»
или день открытых дверей каждый день

Откуда же начать? С маминой работы, конечно! Конец мая, после уроков я пошла прямиком в контору на работу к маме, главному зоотехнику колхоза «Родина» тогда. Кабинет был на 2-м этаже, поднимаясь по ступенькам на 2-ой этаж я преисполнилась гордости за маму. Почему-то 2-ой этаж в сознании 1-классницы придавал статустности маминому кабинету (наверное, потому что в школе на 2-м этаже у нас учились старшеклассники). Нахожу вывеску на двери «ЗООТЕХНИКИ». Конец рабочего дня, мама уже собиралась домой. Все тётеньки в её кабинете мне приветливо улыбались, дали конфетку с пряником, интересовались учёбой, сказали «МОЛОДЕЦ!»))) И я подумала: раз маму мою взяли сюда работать, значит и меня, точно возьмут! Такие хорошие люди живут в этой конторе! Надо как-нибудь ещё раз сюда заглянуть.

Заглянула сразу, на следующий день! Первый день каникул, утром, я снова пошла к маме на работу. Но, к большому удивлению, там её не обнаружила и потом тоже… (С бумагами мама работала ночью, когда все спали, а в конторе бывала редко, к вечеру, видимо). Странно… где же работает мама???? Я очень смутно представляла: кто такой – главный зоотехник и чем он занимается)))

Ну что ж, не беда, тут столько много дверей с интересными названиями «БУХГАЛТЕРИЯ» «СЕКРЕТАРЬ» «ПРЕДСЕДАТЕЛЬ» «АГРОНОМЫ»… Заходи в любую, выбирай и стучи! И универсальный вопрос-ключик для входа во все двери был готов: «Здравствуйте! А мамы моей здесь нет?».

ДВЕРЬ №1 - АГРОНОМЫ
Агрономы (тётя Тамара Ожегова и молоденькая Марина Киликеева – надо же вспомнила даже фамилию!) пустили. Стала спрашивать у них, кто такие агрономы и… «возьмите меня к себе, я тоже, представляете, хочу стать агрономом!» Тогда меня посадили за стол, дали калькулятор, тетрадку в клеточку, и журнал «Сельское хозяйство». Три дня я туда к ним ходила, на работу не опаздывала, на калькуляторе что-то считала, в тетрадь записывала и журнал читала, честно пытаясь там хоть что-нибудь понять. В четверг дверь у них была закрыта и висела записка «уехали в поле».
Ну что же, идём в следующую дверь…Агрономы пустили, значит, и другие пустят. (Как «Лисичка со скалочкой»!!! Только я с сумочкой через плечо была)))

ДВЕРЬ №2 «СЕКРЕТАРЬ»
Секретарём была молодая девушка, тётя Таня Бердникова. У неё была печатная машинка!!! Я у неё чуть ли не на коленях сидела, когда она учила меня управляться с этим неведомым агрегатом: вставлять бумагу, копирку, заправлять ленту, печатать и нажимать «взжиннннь» железной штучкой в конце каждой строки. Я поняла, что секретарь – очень важное лицо, потому что у него в кабинете была ещё одна дверь с надписью «ПРЕДСЕДАТЕЛЬ» - самого главного здесь, это я точно знаю. К председателю (папе одноклассника) всё время кто-то заходил, с бумагами и без, он был очень занят, поэтому я не решилась зайти к нему со своим универсальным вопросом «А маму здесь вы мою не видели?». Не решилась даже спросить у секретаря «можно ли мне к главному?».
Тётя Таня снабдила меня бумагой-черновиками, пустыми бланками (чтобы роспись тренировалась ставить в важных бумагах) и отправила домой. Дома я сделала свою печатную машинку из папиной гармошки и тренировалась уже в привычной обстановке. С работой секретаря мне было всё ясно, а в скором времени… в контору меня потянуло снова…

ДВЕРЬ №3 «БУХГАЛТЕРИЯ»
Я долго не решалась войти. За дверью слышался хохот, какой-то очень живой интересный разговор. Но… собралась с духом и постучалась. В «Бухгалтерии» сидели ухоженные красивые женщины с золотыми кольцами на пальцах и серёжками в ушах. У каждой были на столе счёты, калькулятор, горы бумаг и толстых книг. Но у них был, видимо, тут свой особый междусобойчик, потому что сразу как я зашла, они замолчали, посмотрели на меня как на засланца-шпиона, и в выразительных взглядах этих 3-х женщин ясно читалось одно и то же: «шла бы ты отсюда, девочка!».
С 1-ой минуты стало ясно: на колени здесь меня не посадят и деньги считать не дадут: ни на калькуляторе – никак! Но…не будем расстраиваться, и такое бывает… Может здесь не очень любят мою маму. Связи тут не прокатили…

СПУСКАЕМСЯ НА 1-ЫЙ ЭТАЖ.
На 1-м этаже было много суеты. Но я всё изучила, прочитала, что там есть (грамотная же стала, 1-ый класс закончила!!!) «ИНЖЕНЕРЫ», «ОТДЕЛ КАДРОВ», «СБЕРКАССА». Двери здесь были не такие чистые, какие-то расшатанные, отворяющиеся, как-будто в обе стороны. То и дело забегали дяди и не в костюмах, а в рабочей одежде, хлопали дверями, курили, громко разговаривали эмоциональными незнакомыми мне словами (ругались, наверное) махали руками…
Тогда, девочкой, я и подумать не могла, что двигают всю работу в колхозе именно эти мужики, а не важные тёти из бухгалтерии. Себя я там почувствовала как-то неуютно, как собачка, которая иногда с кем-нибудь заходила в коридор, мешалась под ногами, ну и… я «сделала ноги» поскорее от этой бесконечной «движухи», где меня никто не замечал.
По пути домой попалась…

КОЛХОЗНАЯ СТОЛОВАЯ
У столовой стоял автобус, готовый ехать в поле, чтобы развести обед рабочим. Тут я увидела Людку, девочку на 3 года старше меня, её мама работала (главным поваром?) в столовой, а Люда ей помогала, видимо. Она позвала меня – я не долго думая, поехала! На поле мне доверили разносить только второе. Нас тоже покормили – это было хорошо)))
Вот здесь я и увидела, кто есть «шурупчики» и «моторчики» в этом хозяйстве. Загоревшие, усталые, в пыльной одежде, с большими жилистыми руками мужики ели, а потом курили, чуть-чуть лежали-отдыхали и шутили, и громко смеялись.

С профессией повара я как-то сразу «завязала», ну потому что там в ученицах уже ходила Люда, а во-вторых, к плите и к ножам меня всё равно не пустят, да и сама не хотела – опасно же.

Дома с родными попыталась играть в СБЕРКАССУ. Печать сделала, в баночках из-под диафильмов храниться должны были деньги, как в сейфе. Нарисовала лотерейные билеты. Банк назвала «ВЕЧЕРНИЙ ЗАКАТ». Почему-то деньги на хранение мне никто не принёс, сколько ни звала((( и лотерейные билеты никто брать не захотел((( Не поняла я, короче, как работает сберкасса и откуда там деньги берутся!
Ну не знаю… а может, с названием банка было что-то не то?
Attachments:

Please Log in or Create an account to join the conversation.

More
05 Nov 2019 23:25 - 05 Nov 2019 23:29 #35076 by Губочкина Елена
12. ПРОДОЛЖЕНИЕ ПОИСКОВ СВОЕГО ПРИЗВАНИЯ ИЛИ О ДЕТСКОЙ ЖЕСТОКОСТИ ИЗ ЛИЧНОГО ОПЫТА

«ПОМОЩНИЦА» ПОЧТАЛЬОНА
Следующим пунктом была почта. На почте работала одноклассница брата, подружка сестры – Светка Котельникова - заводила и выдумщица, законодательница мод. Она для всех была именно «Светка Котельникова» - своя для всех. Благодаря ей, в нашем доме были организованы репетиции кукольного театра (зелёная ширма через всю гостиную, перчаточные куклы в большом коричневом чемодане), репетиции сказок для показа в детском саду, шитьё костюмов, фотостудия, подготовка к проводам русской зимы, кафе, журналы, анкеты друзей, новогодние уголки, сорванные афиши индийских фильмов на стене… Её обожали все дети в детском саду, на ней висли все младшие сёстры её подруг… Весь этот творческий фантазийный, никогда не прекращающийся поток, скрепляющий девчонок 7-9 классов, шёл от неё, от Светки! После несчастья в её семье, она стала работать на почте. Я и на почту-то пришла именно к ней, как к своей. Ну раз её, ученицу, устроили на работу и платят деньги, может и мне дадут?
Мне понравилось сгибать и сортировать по адресам новенькие, свежие газеты и журналы, письма… это было похоже на подготовку сюрпризов, подарков… Я сейчас такие же ощущения испытываю, когда раскладываю сертификаты и подарки-бабочки, пришедшие от Елены Владимировны Хайнер из Хьюстона, своим ученикам к классным концертам. Но! Всё это я передаю напрямую в руки тем, кому они адресованы – в этом разительная разница от профессии почтальона. Т.е. не только предвкушение от того, что этот сюрприз кто-то получит, но и, собственно говоря, разделение с этим человеком его настоящих эмоций при получении этих подарков.

Разносила почту бабушка Лида. Сначала я с энтузиазмом вызвалась ей помочь разнести почту на наши 5 соседних домов… Но, испытав, незабываемый экстрим, при знакомстве с собаками хозяев… дорогу на почту забыла тут же! Такую опасную работу нужно было чем-то, видимо, бОльшим стимулировать, нежели «вот спасибо, молодец!».

БОЛЬНИЦА или ХОРОШО, ЧТО Я НЕ ВРАЧ)))

С больницей и с тётей Шурой меня связывали давние крепкие и доверительные взаимоотношения. Я была там частая гостья, с самого рождения: 2 раза воспаление лёгких, бесконечные бронхиты, и т.д. и т.п. Поэтому попробовать себя в роли доктора было для меня очень естественным решением. Здесь был личный интерес и личные счёты, а не возможность заработать.

Говорят, что дети болеют неспроста. Так и есть! В больнице был индивидуальный подход, которого не было в детском саду. Там спрашивают: «Как дела?» и «Что беспокоит»? Где больно, а где нет. Заглядывают в глаза и в рот (горло). А стоит сказать «А-А» и постараться открыть рот пошире, подышать носом, когда тебя слушают докторской «слушалкой», так ты сразу уже и УМНИЦА, и ХОРОШАЯ ДЕВОЧКА! А если ты ещё и вытерпела укол, так ты просто сразу, автоматом - ГЕРОЙ ДНЯ!

Самым привлекательным трофеем, который можно было выпросить в больнице, были… ШПРИЦЫ! Процедурный кабинет был просто какой-то тайной комнатой пыток, после прохождения которых, больной должен был выздоравливать. Это оправдывало всю причиняемую боль и страх, которую внушал этот кабинет. Мы заходили туда вдвоём с тётей Шурой, мама оставалась снаружи и смиренно ждала, передав меня из рук в руки как «овцу на заклане». Всё, что было дальше - я должна была выдержать и пройти сама и желательно «без соплей».

УКОЛ НА «МЕДИЦИНСКОЙ КУХНЕ»

Начало, вступление:
Тётя Шура мыла руки под умывальником, вытирала их белым полотенцем, не принуждённо и весело мне ЧТО-ТО говоря при этом. Я тоже ЧТО-ТО НА-ПРЯ-ЖЕН-НО отвечала, одновременно пристально следя за каждым её движением.

Там, за шторкой кипятились шприцы в металлической квадратной медицинской «кастрюльке», она (моя улыбчивая мучительница) исчезала за шторкой, а потом появлялась оттуда с «кастрюлькой» шприцов, всё с той же неизменной улыбкой на лице! В маленькой стеклянной круглой тарелочке лежали замоченные в спирте ватки, с характерным запахом, бьющим непосредственно сразу в нос…

Развитие:
На чистом гладком столе, который вовсе не для еды, хотя очень похож, раскладывались на влажной тряпке прокипячённые шприцы. Точно такой же обман – кушетка, с белой мягонькой подушечкой, но совсем не для того, чтобы спать на ней! Банки для спины, прикрытые белой пелёнкой стояли ещё на одном столе. Запах эфира, огня… Зразу приходят строчки из сказки про Алёнушку и братца Иванушку (а я 2 в одном) - "..Костры горят высокие, котлы кипят чугунные, ножи точат булатные, хотят меня зарезати.."
За дверцей в шкафу-серванте картонные упаковки с ампулами, по которым нужно было зачем-то стучать пальцами, загнутыми как для «шалбана» перед тем, как сломать им «шейки». Вместе с ватками в спирте лежали железные квадратные пилки для разрезания и ломания этих «шеек» или «носиков» - первый предвестник насилия и предстоящей боли...
Кульминация
Последний сигнал к кульминации всей процедуры… фонтанчик вверх, капельки лекарства, стекающие по игле… И дальше… я уже ничего не видела, далее импровизационный, каждый раз непредсказуемый момент, который можно только чувствовать и которого уже было невозможно избежать – процесс уже запущен. Лицо в мягкой подушке, «кроватка», то биш кушетка (кругом подстава!), должна была расслабить пациента, наверное, хотя бы на время, растирание ваткой места для экзекуции и…невозможность предугадать куда же??? Куда? Сегодня целится тётя Шурааа-а-а-аааааааааа… !!!........................................................

Кода:
Последняя быстрая, но очень противная боль – доставание иглы, и как спасение – холодная ватка на болевую точку. Уф! Можно выдохнуть… Быстро одеться и бегом к довольной, спокойной, ожидающей меня в коридоре маме! И мы – свободны и счастливы!

Я помню это слишком хорошо, ещё бы! Бывало по 9 уколов в день, по 2-3 укола за раз, когда лежала в Немской больнице.

Но сейчас, после 1-го класса, всё это было позади, сейчас я взрослая, и, идя в «родную» больницу, у меня была очень благая, высокая цель: я хотела теперь ТАК ЖЕ, КАК КОГДА-ТО МЕНЯ, ЛЕЧИТЬ ВСЕХ… СВОИХ КУКОЛ!!! (для начала). И не какими-то там игрушечными шприцами, а настоящими, с иголками! Чтобы всё взаправду было! Чтобы и уколы были настоящие, а не «экзерсисы в воздухе». А я, с важным видом спасителя-спасателя, знающего своё дело, буду улыбаться и приговаривать при этом: «Нет-нет, Жанна, не больно, нискооолечко!!! Сейчас комарик тебя укусит и всё! Терпи казак – атаманом будешь!».
ГЛАВНОЕ! ЧТОБЫ ВСЕ-ВСЕ БЫЛИ ЗДОРОВЫ!!!

Чтобы получить доступ ко всему медицинскому инструментарию, я пришла туда «работать и помогать тёте Шуре» как бы. Это был хитрый ход. Просто так, думаю, она бы мне ничего не дала))) Только как коллеге –доверенному лицу можно было подмазаться и добраться до… ТАЙНОЙ КОМНАТЫ.

Тётя Шура меня не «отшила» (спасибо, ей!). Она посадила меня за стол напротив. Медсестры у неё не было, видимо с кадрами была временная напряжёнка, поэтому это погружение в медицинскую среду для меня стало возможным.

На работу нужно было ходить к 8-ми (я приходила даже раньше), поэтому всех домашних пришлось поставить в известность, что я устроилась на работу в больницу и теперь очень «занятая чикса», и… не задерживайте меня, я не могу опаздывать, меня ждут! Зелёная сумочка через плечо, тетрадь в клеточку, ручка и линейка – и я готова к труду и обороне!

Сидела я тихо и не вмешивалась, записывала всех, кто приходил на приём, приносила медицинские карточки, которые лежали на стеллажах. Когда пациентов не было, придумала себе дело: переписывать годы и даты рождения из всех карточек. Особенно меня интересовали карточки одноклассников.

Это было…такое ощущение, что я работала с архивными документами, это было так… трогательно! Когда у каждого из наших в классе я читала (пыталась) выписки из роддома, вес, рост… Оказывается, каждый!!!! Каждый сначала РОДИЛСЯ!!! Время на 7 лет «отмоталось» назад (осознание этого было чем-то на грани фантастики!) и мы все друг за другом в течении года появились на свет 1982-1983 гг.

Потом, прививки, кто когда начал ползать, ходить, говорить, кто чем болел…Оказывается, не я одна болела в детском саду! Просто мне всегда казалось, что дети в детском саду живут одной какой-то своей постоянной жизнью, а я болею, и всё время что-то пропускаю, выпадаю из процесса, поэтому никак не могу почувствовать себя там в своей тарелке.
И мы (мои одноклассники) все это прошли, прежде чем очутились сейчас в одном классе! Очутились вместе именно потому, что когда-то «вылупились» все в один год в роддоме!
И ещё: это было осознание каких-то причинно-следственных связей, хода истории, если хотите, того, что жизнь была И ДО НАС, и дети до сих пор каждый год рождаются ПОСЛЕ НАС!

В больнице ещё работала санитаркой девушка Таня. Рослая, с длинной косой и серьёзным не улыбчивым, с мужскими чертами лицом. Мы вместе с ней готовили в порошках аспирин или…не знаю что??? Завертывали его в бумагу-кальку, вместе готовили ватно-марлевые тампоны для пациентов. Таня не разговаривала почти совсем, позднее я узнала, что она…особенная. Но мне вполне с ней было комфортно, мы как-то по-тихому сработались.

На послеобеденные обходы тётя Шура меня не брала, но один раз… я её уговорила. На повестке дня было 2 пациента.
1-ая – Светлана Александровна, воспитательница из детского сада, недавно выписавшаяся из роддома со второй дочкой. Я стояла у порога, в комнату не заходила. Но! Это было так волшебно и удивительно! Краешком глаза увидеть, как недавно родившийся человечек весь в пелёнках-распошонках копошится весь такой маленький и беззащитный. И в этом доме, и в этой детской мама всегда при нём, и этот маленький раёк – здесь всё для него…! Потом, вы же все знаете, что дети дошкольники и школьники не верят, что воспитатели и учителя тоже люди. У них тоже есть дом, есть дети и быт, и огород, они тоже едят и ходят в туалет))))

2-ая пациентка – бабушка, не знаю, сколько ей было лет. Жила она одна в маленьком сереньком домишке. Была очень полная (может водянка?) страдала недержанием и, видимо, ещё и алкогольной зависимостью. Ну вот…, именно в этом месте, вместе с запахом из этой квартиры…УЛЕТУЧИЛАСЬ, ИСПАРИЛАСЬ ВСЯ МОЯ ЛЮБОВЬ, ИНТЕРЕС К МЕДИЦИНЕ И К ЭТОЙ ПРОФЕССИИ)))

Но! Прежде чем уйти, на правах ВИП-персоны, которая рука об руку с главным медикусом в селе была примерно где-то неделю или две, я таки выпросила шприцы! (иглы я нашла дома). И… о, ужас! Нет, о счастье! Куклы мои всё-таки дождались своего часа! Легендарная моя любимая Жанна сейчас здесь, в Чайковском. И дочь просто недоумевает над её во всех местах проткнутым задом (уж простите), а так же В ШОКЕ от того, как мама могла так жестоко издеваться над Жанной?

А для меня – это… обычное дело было! Ведь меня же протыкали иглами по 9 раз на дню! Я ж выдержала…!!! В этом месте я много думаю про маленькую жестокую Бэт Томас из США, лишённую всякого сострадания (известный ролик в ютубе
). Я вполне могу понять Мгера Мхасутдяна, который на допросе говорит, что он ничего такого не делал с ребёнком, чего не делали с ним. Учил как учили его…

Хорошо, что досталось только куклам)))

Сейчас, взрослая, я иногда ловлю в себе «отголоски детских игр» и несколько нездоровое желание «помочь вылечиться». Нет, не детям, а мужу))) Когда, например, он просит «закапать ему капли в глазик»)))) Он боится меня, моего сверкающего взгляда «из глубины времён», и обращается только в крайнем случае, если уж совсем никак не может сам себе помочь.

Это в общем, к вопросу о детской, а потом и взрослой жестокости. Это касается не только физического, но и психологического насилия, и в музыкальной педагогике в том числе. Всему есть причина, главное понять каждому самому про себя «откуда ноги растут», нужно ли это тебе в себе теперь? И тогда меняться уже осознанно и как тебе нужно.

Продолжение следует…

Attachments:
Last edit: 05 Nov 2019 23:29 by Губочкина Елена.

Please Log in or Create an account to join the conversation.

More
19 Jan 2020 08:57 - 19 Jan 2020 09:08 #35664 by Губочкина Елена
13. «ВСПОМНИТЬ ВСЁ» - ЗНАЧИТ, НАЙТИ ОТВЕТЫ НА ВОПРОСЫ (продолжение) Начало здесь: vk.com/id113005955?w=wall113005955_3223

Собственно говоря, зачем я это всё делаю: «перетряхиваю» все свои детские воспоминания? Уже говорила о том, что познакомившись с программой Софт Моцарт и с книгой Х.Хайнер, у меня не было особого желания СО ВСЕМИ делиться «нарытым сокровищем». По крайней мере до того момента, как я не приобрету хоть какой-то опыт работы и сама во всём не разберусь, а это, как минимум, по моим расчётам, должно было случиться не раньше чем через год. Но Елена Владимировна (автор) попросила: «Лена, покажите, покажите всем!».

Мне представлялось, что первую презентацию Софт Моцарт я буду делать перед большим количеством людей, с учениками, что это будет подано как конфетка в красивой обвёртке, что к тому времени я уже буду знать ответы на все вопросы. Мне было, честно, очень жалко делиться с кем-то из учителей. Я боялась, что опытные коллеги «подорвутся», что найдутся быстрее и расторопнее меня, что с их имеющимся опытом они быстрее смогут приспособиться и включить программу в процесс обучения своих учеников.
Я прекрасно понимаю её, автора, мотивы: она не может уже ждать, пока каждый педагог приобретает свой опыт, (т.к. это может затянуться на несколько лет), и будет готов уверенно транслировать про Софт Моцарт «от себя» отталкиваясь от собственного опыта. Время поджимает – жизни не хватит, если всех ждать, в посмертных результатах труда вряд ли кто-то из нас сильно заинтересован. Распространение этой новой информации – вот главное для неё, а не личные наработки каждого, страхи и сомнения по поводу «как я буду выглядеть в глазах профессиональной общественности?».
Поэтому – делаю это, в первые дни сентября 2016 года. Просто, в классе нескольким коллегам-пианистам показываю домашнее видео своих детей и программу, сделала это исключительно для неё, Елены Владимировны Хайнер.

И… ? Испытала облегчение (!!!) от того, что я справилась с собой и отдала, и поделилась не опытом работы, нет, пока что просто новой информацией.

К моему глубокому удивлению, коллеги… «не подорвались»!?! Они с осторожностью, с интересом отнеслись ко всему мною представленному, с поиском минусов и каких-либо побочных эффектов, с прогнозированием отрицательных диагнозов из-за игры на синтезаторе, по компьютеру, по вертикальному нотному стану... с однозначным вердиктом того, что в нашей школе это невозможно. Потому что затратно, потому что нет времени на уроках учить читать ТАК ноты, потому что нужно быстрее учить наизусть произведения к зачётам и экзаменам, и… ещё много других ПОТОМУ ЧТО… К примеру, ещё одно «потому что»: «всё давно наработано и отработано, все секретики найдены и преподавать по-другому, ну… если хочешь, то можешь побаловаться)))». И я не нисколько не виню их, не упрекаю – ни в коем случае!
Сейчас, поднимая воспоминания с самого раннего детства, я просто ищу ответы на вопрос «Почему же меня-то так «зацепило» сразу? Почему так много точек соприкосновения с методом и взглядами автора оказалось у меня?

ВОЗВРАЩЕНИЕ В ДЕТСКИЙ САД или ПРОДОЛЖЕНИЕ ПОИСКОВ ПРИЗВАНИЯ

После уроков, подружка-соседка через 3 дома Лена Ф не пошла со мной по пути домой.
- Куда ты?
- К маме, в детский сад, я помогаю ей с детьми в группе.

И вдруг меня озарило! Конечно же! Мне нужно вернуться в свою АЛЬМА-МАТЕР))) в детский сад! Мне там всё знакомо, с воспитателями в хороших отношениях, общаюсь всегда, когда прохожу мимо забора у детского сада. Как работать воспитателем мне тоже известно: следить за детьми, чтобы не ссорились, не безобразничали, да иногда сказки им читай – делов-то! Я с этим легко справлюсь! Для этого у меня уже всё есть: 90 слов в минуту - техника чтения! Слушаться дети меня тоже будут – я ведь старшая там буду, выше ростом и сильнее и умнее всех. Как же я раньше не догадалась, что мне прямая дорога именно туда!?!

- Возьмёшь меня с собой?
- Пошли, спросим маму.

В саду было 2 разновозрастные группы. Младшая -2,3,4 года и старшая – 5,6,7. Подойдя к детскому саду, передо мной встал выбор: направо или налево? Каким воспитателем быть - младшей группы или старшей? Однозначный выбор был сделан в пользу старшей группы. Почему? Вроде бы малыши – это такие муси-пуси, все смешные и забавные? Но нет! В младшую группу??? Ни за что!!!
Мама говорит: «Да что ты могла там запомнить? Была-то там от силы пару раз!». Видимо, вот эти «пару раз» и оставили такой отпечаток в памяти, что до сих пор помню всё в мельчайших подробностях.

1 ДЕНЬ ИЗ МЛАДШЕЙ ГРУППЫ.
(возможно, это был и не один день, но все воспоминания «стеклись» воедино, в одно полотно)

Утро. Мама ведёт меня в детский сад, торопится, спешит в контору на работу. Она вся в своих тревогах, а мою тревогу не чувствовала или не хотела чувствовать, чтобы я не «подкисала ещё больше». Может, просто делала вид, что ничего особенного не происходит, всё как у всех: дети – в садик, родители – на работу и… это просто нужно принять как необходимость и неизбежность, которой лучше не противиться, а то будет только хуже. Для меня это был первый осознанный приход в детский сад. Красивые разноцветные маленькие шкафчики, стены тёмно-зелёного цвета. Между раздевалкой и группой фанерная перегородка, видимо, чтобы малыши не могли уползти из группы домой.

Мама подняла меня на руки, это было очень приятно, а именно: оказаться глазами на одном уровне с ней, наравне. Мама так делала не часто, обычно, чтобы она обратила на меня внимание, нужно было долго трясти её за руку или дёргать за подол халата. И сейчас это неожиданное счастье было точно неспроста: мама намеревалась отдать меня… воспитательнице???? Высокой темноволосой тёте, которую я видела первые раз (потом я узнала, что она пришла в садик только что после педагогического училища). Я крепко-крепко, как только могла, обняла маму за шею. Они разговаривали друг с другом о чём-то там о взрослом, улыбались, одновременно «сговориваясь взглядами», устанавливая доверительную связь друг с другом.
Передача через фанерную перегородку состоялась как бы между прочим, под непринуждённое воркование мамы и этой тёти, минуя, не замечая моих испуганных глаз и протянутых рук.

- Мама, ты ведь не уйдёшь?
- Неет, я буду здесь, - говорит мама, со слышимым притворством в голосе, с неожиданными, поэтому подозрительными очень ласковыми интонациями…

Как только я оказалась «за фанерной границей» меня спустили с небес на землю (пол) и отправили… куда-нибудь… к ребяткам, игрушкам. А дальше - как хошь!

Пробраться к игрушкам было не просто. Все, кто хоть что-нибудь себе уже урвал сидели на паласе. Осторожно пробираясь между играющими мальчиками и девочками, чтобы никого не задеть, чтобы не быть никем сбитой с ног, я таки добралась до полок с игрушками. К моему глубокому разочарованию, на полках остались только потёртые красные деревянные 2-3 кубика-кирпичика, какие-то сломанные пластмассовые утки и покусанные или поломанные зайчики… Что делать? Игрушки нет, а значит надежды самой поиграть или подружиться с кем-то через эту игрушку тоже нет… Выбираю??? Сесть на стульчик и тупо ждать, вдруг кто-нибудь захочет со мной подружиться и позовет в игру. Осторожно пробираюсь к стульчику через палас-поле, усеянное копошащимися детьми, это было похоже на муравейник или пчелиный рой, потому что гудёж и шум не прекращался ни на секунду, невозможно было кого-то услышать или кому-то что-то не то чтобы сказать, а даже просто сообразить что говорить! От этого всего болела голова. Садик после Дома казался просто адом для головы, ушей и глаз! Относительно тихо была только во время обеда и сна. Наконец-то, добралась до самого дальнего угла и стульчика, подальше от «кишащей» ползающими детьми садичной «жизни».

В дальнем уголке я оказалась не одна, на стульчике сидела девочка с какими-то очень грустными и добрыми глазами, она рассматривала свои вытянутые ноги, я села рядом с ней и тоже стала смотреть, что такое интересное она там увидела? . На одной ноге у неё сидела муха и пила кровь из расчёсанной болячки. Я стала неистово махать руками и смахивать эту противную, приставучую козявку, недоумевая «почему эта странная девочка сама этого не делает?».

- Не надо, не прогоняй её, - спокойно сказала хозяйка ноги, - мухи тоже хотят кушать!
Вот это ход!))) Мне бы такое даже в голову никогда не пришло!
- Как тебя зовут?
- Таня.

Кто бы знал, что это Таня, девочка, с грустными и добрыми глазами, с которой мы вдвоём «сидели на стульчиках и вместе скучали» в младшей группе, впоследствии будет моей самой близкой подругой в школьные годы и врачом-онкологом теперь в г.Кирове! «Свети другим, сгорая сам», на этот девиз всех врачей, сообщённый мне врачом Немского ЦРБ Заболоцким С.В, по-моему Таня В была обречена, подписана уже с младшей группы)))

ОБЕД

Завтрака я так не боялась, как обеда. Как вы думаете, почему? На завтрак была каша, она была густая, она не падала с ложки, её можно было спокойненько есть, не боясь обляпаться. Другое дело было с обедом. Приступать к вкусному второму можно было только если съешь суп. А это совсем не просто! Дома суп есть легко, потому что рот был чуть выше уровня супа и ложку легко можно было сразу «закидывать» в рот по кратчайшему пути, упираясь подбородком в край тарелки. Да и мама в суп крошила хлеб, поэтому суп не выливался обратно из маленькой чайной ложки, которая как раз целиком входила и не упиралась краями в уголки рта.

Здесь было всё иначе. Столы были низкие, «приспособленные для детей», расстояние между тарелкой и ртом было в разы больше, пока несёшь большую ложку с супом, по дороге из неё проливалась половина. Фартук, который висел на шее был почему-то маленький, он не прикрывал колени. И если вдруг с супом выходила такая оказия на пути к цели (а это случалось почти каждый раз), платье на коленях однозначно оказывалось в супе. Чтобы этого не случилось нужно было как-то хитро сесть, далеко отодвинув стульчик, чтобы суп по фартуку в случае чего, сразу непосредственно лился на пол. Из большой ложки можно было только пить суповую жидкость с края, всё оставшееся, если «не подсасывалось», безопаснее всего было вернуть обратно в тарелку. Если всё же с какого-нибудь края удавалось захватить картошку, то остальное содержимое могло тоже вывалиться и не туда, куда надо, например на стол или в тарелку, обрызнув всё вокруг. Если же попытаться захватить ртом всю ложку, то суп мог политься через рот, то есть стечь на шею и потом под фартук. Если же удастся запихнуть всё разом в рот, то нет никакой гарантии, что ты сможешь это всё сразу проглотить. Может случиться ещё хуже: еда захочет вернуться обратно. И тем не менее его, суп, нужно было как-то есть, потому что воспитатель за обедом громко всем объявила: «Кто суп не съест – тому вылью всё за шиворот!». Представить всю эту жирную оранжевую жидкость у себя под одеждой было очень страшно, не приятно, мокро и… позорно!

Но вот, наконец, намучавшись, дети получают разрешение на ВТОРОЕ. С этим всё нормально, пюре, оно ж как каша, котлету можно взять в руки и откусывать понемножку. Последнее испытание – компот. Самое вкусное на дне, но как взять эту вкусноту? Не будешь же ложкой от супа доставать ягодки. А ждать и трясти стакан, чтобы остатки упали тебе на нос вместо рта – тоже та ещё перспектива. Ужасней обеда, казалось, и придумать ничего нельзя! Это только казалось…

ТУАЛЕТ

Туда всех согнали после обеда, сказали, что всем ЭТО нужно сделать. Помню, что когда я зашла в туалет, там подмывали под краном малыша, который не умел ходить на горшок (но я тогда подумала, что он просто не успел). Малыш визжал, верезжал от этой экзекуции (вода была холодная), воспитательница кричала и боролась с ним и… это надо было видеть! Её отвращение на лице… «Вот чего надо бояться, вот что меня ждёт, если я не успею или не смогу сама сделать ЭТО», – мелькнуло в голове.

Справа, в полу была дырка с железной решёткой накрест, туда выливали помои, и наверное, был туалет для взрослых. Я на глаз примерила размер своей ноги и расстояние между прутьями решётки. Очень живо представила себя, туда провалившуюся и застрявшую там. Нет, этот вариант мне точно подходит. Идём дальше.

Железные белые горшки с рисованными картинками, такими же как на шкафчике для одежды, перевёрнутые, лежали на полках-ячейках. Они, такие широкие, тяжёлые, были совсем не похожи на мой родной пластмассовый горшок-стульчик, на котором можно было усесться, сосредоточиться и сидеть сколько хочешь одна! Хорошо, по крайней мере, что горшков здесь на всех хватает (с горшками дела обстоят получше, видимо, чем с игрушками). Свой персональный горшок найден, теперь нужно было как-то в этой суматохе мальчиков и девочек быстро-быстро, незаметно снять штаны, чтобы никто ничего не увидел, не посмеялся, и сесть. И всё бы ничего, но дело в том, что даже если это и получалось сделать быстро, то ОН, железный и холодный, повергает тебя в такой шок, что ты просто сразу, мигом забываешь, зачем ты сюда вообще пришёл!!! Посидев 1-2 минуты, как дурак, так и не привыкнув к нему, встаешь, будто бы сделав все свои дела.

ТИХИЙ ЧАС

Битый час ты пытаешься заснуть, но не можешь, потому что «не сделанные дела» не дают тебе покоя. Кто-то попросился в туалет – пустили. За ним попросился ещё один, пустили, но стали ругаться, что «все забегали». Затем поставили посреди спальни (всем на обозрение) 3 горшка, сказали, что это для тех, кто хочет в туалет. Мальчишки постарше подходили, не стеснялись, девочка ни одна не подошла. Я лежу и жду, когда же заснут все. И вот когда стало совсем невмоготу, иду на середину спальни к нему, к горшку, готовая уже на всё и… О ужас! Он полный, на него никак не сядешь!!!

И вот тогда, вернувшись на свою кровать я абсолютно сознательно принимаю решение, как единственно верное, описаться в кровать…

ВЕЧЕР…

Все играли, муравейник так же гудел. Вдруг воспитательница сдвинула маленькие наши обеденные столики и села, для того, чтобы вырезать какие-то игровые карточки. Все девчонки подлетели к ней, чтобы посмотреть, что это такое. Воспитательница улыбалась, что-то объясняла старшим, и я, присела рядом и глазела во все глаза, наблюдая за тем, как из-под ножниц выходили готовые карточки и причудливые по форме обрезки.

И опять ВДРУГ! Воспитательница хлопнула в ладоши и сказала всем собрать игрушки и сесть на стульчики. Это было очень интересно, здорово, наконец-то будет какая-то ОБЩАЯ НА ВСЕХ ИГРА!
Все в ожидательной позиции («ручки на коленочки») сели на стульчики. Нам сказали: «ротик на замочек», а «тем, у кого замочек не закрывается намажут язык зелёнкой и отрежут ножницами». И тут воспитательница угрожающе подошла к шкафу и приоткрыла дверцу в шкафу, там, где у неё лежала та самая зелёнка и те самые ножницы…

Такой тишины, которая наступила в тот момент в младшей группе я никогда в садике не слышала! Было, конечно, страшно даже представить, что всё это могут сделать со мной, НО!!! Ведь это же подействовало!!! На всех!!! Ура!!! Я уже просто любила нашу новую молодую воспитательницу за эту ТИШИНУ!!! А за себя я была спокойна, свой замочек на ротике я не открою точно!

После этого, мы все встали и хором стали репетировать, проговаривать её имя и отчество длинное и непохожее на имена всех других нянечек и воспитателей. И вдруг…она опять хлопнула в ладоши и сказала всем сесть. После этого она строго скомандовала, чтобы я встала со стульчика и…(я думала она выбрала меня кем-то для игры)…и пошла в туалет и встала… В УГОЛ!!!!

Я ???? За что??? Я шла… оторопев, еле двигая ногами от ужаса, тихо, молча перед всей группой ушла нести самое позорное наказание в детском саду: СТОЯТЬ В УГЛУ В ТУАЛЕТЕ! ЧТО Я СДЕЛАЛА НЕ ТАК? Там я была одна, никто не видел, но я всё равно стояла лицом к стене, боясь повернуться, вытирала лицо от слёз своим персональным оранжево-коричневым полосатым полотенцем, висящим на вешалке с картинкой как на шкафчике, кровати и горшке… и НИЧЕГОООО НЕ ПОНИМАЛАААА!!!

Потом, «переболев всем этим», сделала следующие выводы: маленьким быть очень плохо, очень больно, очень обидно. Маленький не может ответить, не может не подчиниться, с маленьким не считаются, его не воспринимают серьёзно, не слышат, его не слушают, над маленьким можно безнаказанно издеваться и пользоваться его послушанием, раз ты воспитатель и кем-то назначен главным над детьми, пользоваться своим превосходством в росте и и силе. Всё это случилось со мной из-за того, что я - маленькая. Нужно скорее кушать, расти, учиться и становиться взрослой!

И главное: Я ПОТЕРПЛЮ, ВЫРАСТУ и ОТОМЩУ ЕЙ!!! ВСЕМ СКАЖУ, ЕЙ СКАЖУ, ГЛЯДЯ В ГЛАЗА, ЧТО ПОМНЮ ВСЁ!!! А иначе, как же после всего, что со мной случилось, можно было жить дальше?

P/S: Так вот о точках соприкосновения с методом Хайнер. Когда она, автор вступается за детей, пишет о физических задачах, которые стоят перед начинающими учиться чему-либо, в частности игре на фортепиано, о том, как трудно скоординировать свои движения, которые взрослым музыкантам-профессионалам кажутся элементарными, о механизмах работы зрительного внимания, о том, что НЕЛЬЗЯ И ПРЕСТУПНО ТРЕБОВАТЬ ОТ РЕБЁНКА, ОТ НАЧИНАЮЩЕГО НЕВОЗМОЖНОГО… Статья «Внимание» www.musiceducation2.org/pag…/attention-span-russian…
…и там мне всё-всё понятно, потому что я очень хорошо помню, как это ТРУДНО БЫТЬ МАЛЕНЬКИМ.
продолжение следует...
Attachments:
Last edit: 19 Jan 2020 09:08 by Губочкина Елена.

Please Log in or Create an account to join the conversation.

More
More
19 Jan 2020 09:11 - 19 Jan 2020 09:16 #35666 by Губочкина Елена
15. ПРО ВЕРУ И РЕЛИГИЮ, ПРАВДУ И САМООБМАН, и...
О СОФТ МОЦАРТ.

Однажды, девочка-соседка Лена Ф с загадочным, заговорщенским видом сообщила мне очень важную секретную информацию о том, что в селе есть такая бабушка, которая, угощает всех пришедших к ней детей чаем и конфетами. Чтобы заполучить всё это счастье надо всего-то лишь, придя к ней домой, помолиться перед иконой на входе и выходе из её дома.

Мы побежали с подружкой вприпрыжку на другой конец села, чтобы проверить: действительно ли эта «халява» работает. Около дома, к которому мы пришли, за калиткой росли яблони и на клумбах у крыльца росло много красивых ярких цветов.

Мы зашли. В доме было очень торжественно, как в музее. Прямо напротив входа висела большая картина с портретом девушки с короткой стрижкой, у которой в одной руке был какой-то карандаш, а в другой коробочка. И ещё рядом висела картина, на которой нарисован седовласый бородатый дедушка, он одет был в красивое покрывало-плащ с какой-то толстой книжкой в руке (учебник, наверное). Это оказался, впоследствии, Николай Чудотворец. Бабушка сказала, что это главные святые, которые всем помогают, поэтому, прежде чем войти в дом, нужно им помолиться, чтобы нам тоже они в чём-нибудь да помогли. Стоя на широком пороге, мы с Ленкой молились точно так же, как показывала нам бабушка Лида. Было весело и необычно всё! Как правильно складывать пальцы, в какую сторону креститься сначала, в какую потом, поклон и «Господи помилуй» 3 раза… Ещё и глядя в глаза Николаю и красивому кудрявому (как оказалось) юноше на картине. Молюсь, а про себя отмечаю: «Значит, у одного книжка чудесная, а у другого волшебство в коробочке хранится!».

Пропускной пункт с Ленкой мы прошли успешно, значит идём дальше. В каждой комнате на всех стенах тоже висели иконы-картины, большие и маленькие, в красивых золотых и резных рамках. Я их долго рассматривала, это было похоже на художественную галерею, а бабушка Лида была - экскурсовод. Она рассказывала про всех: кто, для чего и когда ему нужно молиться, да ещё и для каждого своя особая молитва-заклинание!

Кухня была очень светлая, чистая, приветливая. Вверху, в углу под потолком висел «домашний иконостас» из 3-х икон, покрытый домоткаными кружевами, ещё висела какая-то то ли баночка, то ли тарелочка (лампада), которую нужно зажигать, когда молишься всем трём иконам враз. Я попросила зажечь для нас, показать, но оказалось, что нельзя, можно только когда один молишься. У моей родной бабушки Оли, я уже видела такое, поэтому на кухне мне понравилось больше, чем в других комнатах, тем более, что именно там мы и должны были сесть за чай с конфетами)))

Пока грелся чайник мы с Ленкой охотно рассказывали удивительной, интересной, (или... странной?) бабушке (кто ещё вот так вот запросто впустит в дом и усадит за стол просто за «помолиться»?!?) что делали, куда ходили, где мама, что делает папа… После застолья, не задерживая боле хозяйку, до неприличия быстро, мы поспешили удалиться (а что ж ещё было ещё делать, коли конфеты уже были съедены?), не забыв перед уходом покреститься, конечно, как положено. По дороге домой Ленка говорит:
- Классно, да?
- Классно! - говорю.
- Ещё пойдём!

Потом к бабушке Лиде я стала ходить одна и чуть ли не каждый день. И не уходила уже так быстро после чая, одной было стыдно сразу уходить. От неё я узнала про то, что у каждого человека есть (кроме дня рождения) ещё один праздник, когда его должны все поздравлять - день Ангела! Это мне очень понравилось))) Что есть некий ангел, который Хранитель, он невидимый и он меня всегда защищает от бед. Чтобы он был рядом и не улетал, для него перед сном нужно просто читать, как стихотворенье, молитву, текст которой, лучше всего выучить выразительно наизусть. Бабушка с готовностью мне его написала на листочке. Дала мне иконку (маленькую фотографию), чтобы я её повесила у себя над кроватью. Папа с мамой тихонько подхихикнули, когда я повесила это фото у изголовья кровати в своей комнате. Да ещё и не забыла просветить всех домашних насчёт своего дня ангела и подарков для меня в этот день.

С бабушкой Лидой мы очень подружились, она показала мне все свои семейные фотографии, где она ещё молодая, своего отца, братьев, мужа, сыновей. Подарила мне открытку, подписала, привезла красивый голубой крестик из церкви и повесила мне на шею. Словом, сделала всё, наверное от души, чтобы привлечь меня на путь православной веры. Хотела даже в церковь меня с собой взять в город, но мама не пустила. Она не приветствовала и не одобряла моё новое увлечение. Я даже тайком ходила, можно сказать, прячась, шифруясь, в дом-музей села Колобова, т.е. в гости к бабушке Лиде.

Что ж я прилипла-то к ней? Никто уже из подружек к ней и не заходил, а я - каждый день. Всё дело в том, что буквально за месяц до того умерла моя родная бабушка…
Она жила у нас недолго, где-то полгода, я была во 2-м классе. Каждый день, в распорядке моего дня, была «культурная программа» для больной, чтобы бабушке не было скучно. Перечитала ей весь учебник по чтению, ставила градусник и «меряла» давление. Играла на пружинах её кровати «музыку» как на клавишах фортепиано, следила, чтобы на табуретке рядом с кроватью был всегда стакан с водой. Она говорила мне: «Вот настанет весна, болезнь пройдёт, и мы с тобой накинем полушалки цветастые на плечи и пойдём гулять по Колобовским тротуарам на улице Советской, сядем на скамеечку под черёмухи возле моего дома и будем такие красивые сидеть, песни петь».

У бабушки был рак…В июне, накануне выпускного сестры, её не стало. Помню папу, вышедшего из её комнаты и скользящим, потупленным взглядом, уводя глаза в пол сообщившим маме: «Всё, Нин» и махнул рукой как-то тоже в пол. Я зашла в её комнату и обняла, она была тёплая, совсем не верилось, что она могла вот так, прямо сейчас без криков и стонов умереть. Не так я представляла себе смерть, да и вообще, рядом с собой, в соседней комнате, в нашем доме я её никак не представляла.
К этому, видимо, все были готовы, кроме меня. Началась молчаливая суета, всем было не до нас, детей. Я рыдала за домом, в саду, чтобы никто не видел. Мне казалось, рыдала за всех! Почему все так смиренно и молчаливо приняли это всё? Без воплей, криков и слёз, как будто это нормальная ситуация, когда кто-то умирает? Меня нашла сестра 8-ми классница, обняла и стала успокаивать, как могла. Рассказала, что не знает, правда или нет, но многие люди верят, что в каждом из нас есть душа, что она не умирает, что умирает только тело, что после смерти душа человека идёт по узкому чёрному проходу к свету, к какому-то волшебному доброму Богу…

Примерно через 2 месяца я нашла себе бабушку Лиду. Мне было очень приятно, что у меня появилась та, к которой я могу ходить, как к своей родной. Я сказала ей об этом. Рассказала, что с тех самых пор, мне снится сон, что я иду в дом бабушки Оли по тёмной ограде, в паутине, как баня по-чёрному, как к Бабе-Яге, иду и боюсь. Прошло много дней или лет и почему-то мы все думали, что бабушка умерла, а она – жива! Как мы могли забыть? Почему мы не приходили к ней? Боюсь, потому что мне кажется, что ей сейчас лет 100… и она похожа на засушенную, скрюченную бабу Ягу. Что она ела и как жила здесь одна до сих пор????

Открываю дверь… а там светло! Она в чистеньком белом платочке и фартучке у окошечка сидит, за столом, улыбается, бегу к ней, обнимаю её…

Бабушка Лида сказала, что это значит, моя бабушка попала в рай к Богу и ей там хорошо. А я навзрыд: «А с нами ей что, было плохо??? Почему она от нас ушла куда-то в рай, к какому-то Богу????»

На волне этих очень личных, сердечных разговоров и откровений я вдруг внезапно даже для самой себя признаюсь: «А знаешь, бабуш, все дети, которые к тебе приходят, идут сюда... за конфетами!» И, чуть-чуть помедлив, сознаюсь в собственном грехе: «Прости, но ведь и я-то к тебе тоже не за Богом пришла, и вовсе не за тем, чтобы научиться правильно ему молиться!»

После этого мне стало как-то легче, я во всём призналась, извинилась, престала лицемерить, притворно улыбаться и обманывать эту добрую старушку. Бабушке Лиде, по-моему, напротив, легче не стало. Она увела стеклянный взгляд куда-то вдаль, в окно. Видимо от неожиданности… не смогла мне, семилетней, тогда ничего совсем ответить.

Мне казалось, что вот именно сейчас, после этого разговора у нас с ней должно было быть просто всё замечательно! По моим интуитивным предположениям и внутренним желаниям, выходило, что после всех этих признаний мы должны были обняться, расцеловаться и стать настоящими бабушкой и внучкой. Но… случилось с точностью всё наоборот. Обман как хрупкое стекло рассыпался, лопнул. как красивый мыльный пузырь. И всё, что нас до этого держало вместе потеряло смысл, не о чем стало говорить! Как змея в меня проникло, буквально вползло понимание того, что она ДАВНО ОБО ВСЁМ ЗНАЛА!!!

Вскоре приехали её родные внучки из города в гости, ещё одна правда про внучку со стороны незваного «независимого эксперта» и… я поняла, что совсем лишняя, я бельмо в глазу со своей правдой. Никому, как оказалось, в этом доме она, правда моя, была не нужна.

Это был урок. Оказывается, люди могут знать, но молчать про правду, боятся правды, не любят тех, кто говорит её, готовы жить и по умолчанию живут в своих и чужих обманах долго-предолго… Взрослые люди! А нас, с садика, да и дома всегда учили через слёзы, через стыд, даже если очень трудно, … только к правде…

Туман рассеялся, она была НЕ МОЯ БАБУШКА, а я – НЕ ЕЁ ВНУЧКА. Это было похоже на то, как Герда застряла у женщины-волшебницы (или ведьмы?) не доброй-не злой, просто одинокой, просто той, которая крала понемногу у всех время и энергию. А может это я крала?

К чему приводят людей самообманы? Не раз мне приходилось и подростком, и взрослой видеть, что это рано или поздно заканчивается истерикой, срывом и т.п. Мне жаль таких людей, я боюсь самообманов в своей жизни. Нужен ли человеку самообман? Где грань между верой во что-то и самообманом? Гипотезы и фантазии… иногда материализуются, да… Но есть же в мире аксиомы и теоремы! Поэтому, абсолютно во всем, касаемом себя лично, своей работы, людей вокруг очень важно всегда требовательно и критично смотреть на вещи и вовремя отделять зёрна от плевел, корректировать себя постоянно, то бишь учиться.

Именно поэтому, прежде чем появиться на форуме Софт Моцарт, я полгода днём и ночью это всё читала, проверяла со всех сторон. Именно поэтому, даже поверив в это, я шаг за шагом прощупываю и проверяю всё на практике, есть ли минусы, есть ли побочные эффекты, да… до сих пор! не западает ли развитие слуха, развитие ритма, а как же аппликатура, традиционный бумажный нотный текст и т.п. Мне нужны практические подтверждения того, что иду и веду по правильному пути, каждый день и с каждым учеником! Доклады, открытые уроки, конкурсы, обучение учителей – это всё очень-очень помогает разобраться во всём досконально, прежде всего себе самой. Пожалуй, единственным моментом, не совсем ясным до конца в этой системе является… постановка руки начинающих.

На сегодняшний день, это, наверное, главная претензия к программе, методу, автору и её последователям. Но! У нас есть такие педагоги, которые смогли на практике соединить инновации и традиции (опыт), возможности, которые даёт программа и профессиональную постановку рук у ученика. В этом и состоит главная сложность, профессиональная «виртуозность», мастерство педагога. Автор чётко написала: «Программа Софт Моцарт не ставит руку ученика, это может сделать только педагог-профессионал!».

В этом вопросе всё открыто, рецептов нет, однозначных решений нет, потому что «сколько учеников – столько разных рук», всех под одну гребёнку нельзя.

Да, у меня много вопросов и сомнений. Когда именно этим начинать заниматься? Некоторые ученики «готовы» и реагируют на рекомендации в этом направлении через месяц-два занятий. Некоторые не контролируют руку и через год-полтора. Здесь всё индивидуально. Думаю, учитель должен постоянно «закидывать удочку» время от времени, как и в формировании других навыков, но не навязывать и не заставлять ученика, если его внимание не готово самостоятельно справиться с этой задачей. Т.е. если ученик может скопировать, может изменить САМ движение своих рук, свои ощущения – то вот вам и ЗЕЛЁНЫЙ СВЕТ и ФЛАГ В РУКИ.

Если нет? Нужно ли играть руками ученика, постоянно контролировать каждое движение, прерывать и останавливать, расслаблять пальцы, кисти и трогать локти – нет!!! Дохлый номер! Ученику это ничего не даст! На самых первых уроках – вообще не вижу смысла этим заниматься, ученик внутренне очень напряжён, он привыкает к педагогу, к инструменту, к классу, к новым условиям. И этот период тоже у всех учеников длится разный период времени. Например, одна из учениц, я вижу, только на 4-ый год обучения «выдохнула» и опустила плечи, а кто-то уже через месяц-два чувствует себя «своим» у меня в классе. Постановку рук можно начинать корректировать сразу, как только хотя бы одно упражнение выходит достаточно ловко и легко, хотя бы одна песенка выучена наизусть, т.е. есть возможность направить энергию внимания со зрительных задач на движения рук, обязательно обосновывая это эстетическими, художественными задачами.

Безусловно, ученик должен знать, КАКОЙ ДОЛЖНА БЫТЬ РУКА, но ОН САМ ДОЛЖЕН К НЕЙ ПРИЙТИ. По своим ученикам я вижу, что свобода и «правильная постановка» формируется при условии ежедневных занятий ученика, т.к. он чувствует свою руку, пальцы и тело, она, рука «мягкая» и «мобильная», ученик САМ учится приспосабливается к инструменту, он готов воспринимать ваши рекомендации, но если это навязывать – результата «0». Собственно говоря, программа-тренажёр, домашний репетитор создана как раз для того, чтобы ежедневные занятия БЫЛИ!!! Зажатостей и напряжения у ученика НЕТ, если есть домашняя работа над материалом. Поэтому, даже музыкальность ученика не всегда залог свободного аппарата.

ВЫВОД: запускать все процессы одновременно: развитие координации, корректировка постановки руки, тренировка зрения в чтении нот – всё это вполне можно научиться делать, работая по методу Х.Хайнер, встроив в свою традиционную практику. Крайности – это всегда плохо, использование только программы для профессионального обучения учеников – плохо, отрицание её как эффективного инструмента для обучения начинающих – глупо, т.к. это уже просто очевидные вещи. Истина, как всегда, посредине.

Именно поэтому, автор и педагоги Софт Моцарт горячо поддерживаем и постоянно учимся у Ольги Егоровой г.Москва, сумевшей это сделать. В идеале – программа у начинающего ученика должна быть дома, как понятный учебник, с которым он может читать ноты самостоятельно и ежедневно, а в классе – педагог корректирует движения рук, штрихи, динамика, характер – т.е., опираясь на фундамент и навыки, которые дала программа, решает надстроечные (художественные) задачи. Пока педагог пытается «тащить» всю эту работу только в классе, ощутимых, быстрых результатов не будет. Вроде бы банально и это все знают, но вот этот фундамент, самостоятельную домашнюю работу обеспечить ЛЮБОМУ ученику с любыми данными на сегодняшний день может только программа Софт Моцарт.

И это не просто ВЕРА, это не РЕЛИГИЯ и уж точно не мой САМООБМАН. Это, для меня уже АКСИОМА, которую я наблюдаю каждый день на примере своих учеников и детей, в школе и дома. А Хэлен Хайнер – не Николай-чудотворец, это педагог-учёный без самообманов и иллюзий в голове. Она как-то здорово и правильно сказала: «Елена, осторожно с разговорами о волшебстве, а то ещё начнут требовать чудес!».
Attachments:
Last edit: 19 Jan 2020 09:16 by Губочкина Елена.

Please Log in or Create an account to join the conversation.

More
19 Jan 2020 09:18 - 19 Jan 2020 09:22 #35667 by Губочкина Елена
16. МОЁ НЕ ОТПРАВЛЕННОЕ ПИСЬМО к Е.В.ХАЙНЕР
Часть 2. МУЗЫКАЛЬНОЕ УЧИЛИЩЕ, 1 КУРС = ИН.ЯЗ!

В училище…В это время уже брали всех – а потом пачками отчисляли тех, кто не выдерживал учебный процесс. Мне очень повезло с педагогом. Она на 10 лет старше меня и очень талантлива – это одновременно притягивало и пугало. Она была в шоке от моей музыкальной подготовки! А для меня с ней открылся КОСМОС. На моём первом уроке чтения с листа она вышла из класса (чтоб перетерпеть за дверьми). «Ты можешь спеть, проговорить нотами то, что играешь? Ты можешь написать нотами то, что играешь? - !!!! Если б я только знала, что это можно делать, что это нужно делать!!! О чём ты играешь, что ты представляешь? – спросила она про сонату Гайдна соль-минор. Отвечаю: «дождик, солнышко, там…серые тучки (пауза, молчание…) и потом говорит: "я представляю здесь плачущего внутри человека…" - !!!! чуть со стула не упала, чесссно слово – я даже не подозревала, что об этом может быть музыка…!!!!

Я попала на другую планету, поступила на иняз, я понимала много, из того что говорят, но сама произносила лишь отдельные слоги. При всём при этом к 1-ой сессии должна была выучить 4 совершенно разные роли (произведения) на этом языке, вложить в них свои эмоции и сыграть перед публикой. Я не знала, как учить, как работать с нотным текстом самой, без педагога, не могла читать ноты 2-мя руками хоть в каком-то темпе, не могла отвечать за свою память. Не знала, чего от себя ждать на завтрашнем уроке, не то, что на сцене! Тогда я грешила на своих школьных учителей, на свои какие-то изъяны и пробелы в образовании почти по всем пунктам, думала, что со мной что-то не так… Но сейчас-то я точно знаю, что у большинства учащихся в музыкальных школах и даже поступивших в училище проблемы были примерно те же, что и у меня.

2 месяца каждый урок (почти) она говорила, чтобы я была готова перевестись на другое отделение, что вряд ли что-то получится. К началу декабря, наконец, моя голова переварила всё, созрела, сыграла – и…она в меня поверила! (Если б не мои стихи и песни – до декабря точно сошла бы с ума).

*** (утром в 6 утра в кабинете №76 про счастье, про музыку, 1 курс, адаптация)
Далеко солнце, и темно в окнах,
Нет тепла в стенах, нет тепла в стёклах,
Я посажу в своём сердце сады,
И не будет больше ни одной слезы!
Расскажи мне вечер, как мне сделать это?
Сколько ждать на свете мне ветер свой?
Мне чужих снов не надо, я знаю, ты где-то рядом,
Мне не нужны твои шаги, за спиной…

*** «Осеннее утро студента в общежитии»
Умоюсь. Тёплая вода
Откроет нежно веки сна.
Оденусь (тёплое пальто не светит мне
Издалека…А уже всё равно)
В потёртых джинсах есть ещё
Немного жизни, в чёрной коже, приглядевшись,
Увидеть можно тоже ещё жизнь…
Печальные они – хранители бездомного уюта,
Хватило б лишь любви, и для души приюта.
Хватило б только слов, хватило б только рук,
Хватило б лишь тепла далёких губ…
Чай недопив, не довязав шнурки, уходим, застегнув замки,
В холодном омуте зеркал
Не разобьётся этот день, не удвоится эта ночь,
Ты лёг и встал и спать уж лень,
И сон уходит прочь.
Последний раз, взглянув себе в глаза,
Завяжем туго пояса,
Итак, вперёд! Как каждый день и прежде,
Вперёд, на поиски надежды!

***
У меня нет длинных вечеров,
У меня нет долгого дня,
И давно уж нет моих снов,
До сих пор не верю, что у меня!

***
А я не стану убегать, чтобы всю бурю переждать,
Чтобы за кружкой чая тёплой, слезинки в слёзы собирать.
А я не стану уходить, чтоб пережить всё и забыть.
Я до конца и до упора, до самой капли буду жить!
Мне есть куда запрятать боль, мне есть куда запрятать гнев,
Сегодня, завтра и вчера…
Мне есть куда – и в этом соль!
И все мои с ней вечера!

***
Съешь конфетку – и всё пройдёт,
Горло снова будет легко дышать,
Сердце снова не будет ждать,
Съешь конфетку – и всё пройдёт…

***
Я могу что-то да? Я всё-таки могу?!
И только после этого я могу любить себя, и я люблю!

***
«Если звёзды зажигают, значит это кому-нибудь нужно»
Значит, это холодное утро не зря?
Если ветер в лицо нещадно, чтобы впредь было неповадно,
Чтобы знала, как дорого стоит светлая заря!

*** «Музыка»
Музыка – 2-е дыхание, музыка – сила!
Тебе благодаря, многом мила!
2 сердца, 2 души, 2 раны, 2 мои.
Нет тишины, нет холода,
Звучу в мажоре – молодо,
Звучу в миноре – дорого…

Что было хорошо? Всё, чем я занималась я очень любила, каждую свободную минуту я занималась, а если не было кабинетов – шла в библиотеку училища или в библиотеку через дорогу – это был релакс… читала произведения поэтов, писателей, с которыми дружили музыканты, произведениями которых вдохновлялись. Читала всё, что упоминалось в биографиях композиторов по муз. литературе. Через музыкантов, поэтов, наконец, полюбила литературу, поэзию и узнала историю. До того, в школе, я тупо читала то, что задавали, читала без всякого личного отношения, без попыток в чужих словах найти своё отражение.

Ещё хорошо, что у меня была Марина, рядом с которой градус серьёзности слегка понижался и отношение ко всему происходящему становилось близко к адекватному. Если бы не она, взорвалась наверное бы от весомости и важности великого дела – УЧЁБЫ.

Марина принимала меня и понимала как человека, как подругу, независимо от степени музыкального таланта. Она не стала играть в эту игру, не верила в эту иерархию по степени одаренности, которую нам всем «навязала» система. С ней было легко! Хорошо, когда есть такие люди рядом, с нормальным юмором и житейской мудростью (хотя младше меня!) в плане людской психологии, интуиции всегда была выше меня на голову. Пока я создаю себе какие-то иллюзии, потом сама в них верю… она своим практическим взглядом на вещи, всё могла разложить по местам, развеять все туманности и неясности в моей голове.

Писала маме письма о своей нелёгкой судьбе, чтобы ценила и понимала, как дочь пашет, весь свой распорядок дня с 5.00!!! Кому ж ещё, если не маме поплакаться чуть-чуть о своей нелёгкой студенческой жизни. Она мне до сих пор говорит: «Пока есть кому – рассказывай и делись! Ничего зазорного в этом нет!». Но тогда мама «сработала» очень чётко, она посчитала нужным мне написать «Хорошо, дочь, если так трудно, давай, забирай документы, едь домой, будем вместе хозяйством заниматься – давно мечтала, научу всему тому, что сама знаю: шить, готовить, следить за домом. Устроим тебя на ферму дояркой)))) – У мамы да, такой прагматичный юмор. Люблю маму, за то, что никогда не дает расклеиться!)))

Но вернёмся к отношениям с музыкой.

1 семестр:
Китайский синий будильник (тот, что домиком), пищал в 5 утра, «звенел» у меня в голове инвенцией Баха, напряжённой и тревожной. Суть моего отношения к ф-но в 1 семестре - кто кого? Борьба и укрощение бело-чёрно-зубого зверя. Суд присяжных (пед. Состав) постановил «4-». Сказали: «пережала звук», учительница сказала: «мне так не показалось» – и я была счастлива! Больше она так никогда не говорила… Чувство вины перед педагогом за свои нестабильные выступления – вот то единственное, что омрачило учёбу в училище. Зацикленность на личности учителя, зависимость от его мнения – да! Здесь многие верили в то, что прогресс ученика может быть лишь вопреки, назло педагогу, и миссия учителя – разозлить, найти точку давления, зацепить за живое ученика, чтобы бунтовала личность и работала. Моя не была психологическим монстром, но она очень переживала все мои неудачи. На 4-м курсе на уроке по конц. классу как-то тронула меня за волосы, погладила что ли? Видимо предчувствуя, что скоро придётся расстаться – я от счастья потом не занималась 2 недели! Знаю, что защищаясь от нападок во время обсуждения, она сказала про меня: «Мне интересно с ней работать» - и это для меня самое ценное, сам процесс сотворчества с педагогом, поиск интерпретации. Я сама из этого взяла одно: выступление ученика – это выступление ученика, не влезать туда со своими переживаниями, отключать себя, хвалить за любые выступления (тем более, если знаешь, что он работал) смотреть только вперёд! Здоровый пофигизм он просто необходим, как воздух в любом деле.

В своей музыкальной школе отыграла программу первой сессии на школьном концерте – мой учитель сказал: «Да..если бы за меня так кто – нибудь в своё время взялся, может что-нибудь и получилось…». И мне всё равно с ним тоже очень повезло! Он не занимался со мной упражнениями по постановке рук, не хлопал в ладоши, не трогал мои руки и не заходил на мою территорию, тотального контроля я не знала… Дал, что мог, ощущение учителя-партнёра и друга – вот то, что дали мне мои учителя, унижающего учителя-диктатора у меня не было.

2 семестр:
Занималась без «продыху» каждый день, даже во время гриппа, сбивала температуру 38 градусов и шла в училище – боялась, что руки и голова забудут что-нибудь – пропусти я хоть час. Всё выучила и в майские праздники, моя программа была созревшая – а к июню (к экзаменам) – перезрелая, перегоревшая… Сказали, что сыграла голые ноты ничего не вложила…
Attachments:
Last edit: 19 Jan 2020 09:22 by Губочкина Елена.

Please Log in or Create an account to join the conversation.

Time to create page: 0.275 seconds